На цепи фильм смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве HD 1080
Томми очнулся с тяжелой головой и металлическим холодом на шее. Подвал пахнет сыростью и старой мебелью. Цепь короткая, прикована к стене. Вчерашний вечер всплывает обрывками — шум, драка, потом резкий укол в шею. А теперь он здесь.
Наверху слышны шаги. Спускается мужчина в аккуратном свитере, с тихим голосом. Называет себя Генри, говорит, что хочет помочь. Томми смеется ему в лицо, дергает цепь. Пытается ударить, когда тот подходит ближе. Генри лишь отступает, смотрит с каким-то странным сожалением.
Потом появляются остальные. Жена Генри, Мэри, приносит еду. Ставит тарелку вне досягаемости цепи. Говорит спокойно, как с ребенком. Их дочь-подросток, Лиза, иногда спускается и просто сидит на ступеньках, читает книгу. Молчит. Это злит Томми больше криков.
Дни тянутся. Попытки вырваться ни к чему не приводят. Цепь прочная, замок не взломать. Генри начинает разговаривать. Не читает нотаций. Рассказывает о простых вещах — о том, как чинил забор, о первом снеге. Иногда задает вопросы. "Что ты чувствовал, когда ломал ту витрину?" или "Тебе было страшно тогда, ночью?".
Сначала Томми огрызается. Потом начинает иногда отвечать. Односложно. Потом — чуть больше. В его голосе меньше злости, больше усталости.
Однажды Мэри не убирает тарелку, а садится на старый стул в углу. Ест свой бутерброд и предлагает ему второй. Не как сторож, а как... просто человек. Они едят молча. Потом она забирает тарелки и говорит: "Дождь начался. Люблю этот звук".
Лиза однажды спускается с колодой карт. "Сыграем?" — спрашивает. Они играют в "дурака". Она выигрывает. Томми ворчит, но просит реванш.
Цепь с него не снимают. Но дверь в подвал теперь часто открыта. Он может подняться по лестнице, длина цепи позволяет дойти до кухни. Он сидит там за столом, пьет чай. Смотрит в окно на сад.
Он ловит себя на том, что думает не о побеге, а о том, что суп, который варит Мэри, пахнет точно так же, как когда-то у его бабушки. Что Генри, забивая гвоздь, напевает ту же глупую песенку, что и его отец. Что Лиза смеется, споткнувшись о ковер, и этот смех не злой.
Он больше не дергает цепь. Иногда даже забывает о ней. Когда Генри говорит, что скоро снимет ее, Томми не чувствует ожидаемого облегчения. Вместо этого — странная тяжесть в груди.
Он смотрит на свои руки. Те же руки, что разбивали стекла и сжимались в кулаки. Теперь они спокойно лежат на столе. Он сам не понимает, играет ли он роль "исправившегося" для них... или что-то внутри и правда сломалось и встало на место иначе. Мир за окном кажется не враждебной территорией, а просто местом. Тихим. И в этой тишине он слышит себя — возможно, впервые.
